Сверху: Исаак Левитан. Золотая осень. 1895. Третьяковская галерея. Tretyakovgallery.ru. Снизу: Клод Моне. Осень в Аржантее. 1873. Институт искусства Курто, Лондон. Artchive.ru. Моне также берет теплый оранжевый цвет и противопоставляет его холодному синему. Вдали изображает дома. И добавляет уже знакомую нам асимметрию: кулисы деревьев слева больше, чем справа. Но удивительно то, что Левитан увидел работы французского мастера только под конец жизни! А вот такие атомы импрессионизма, как "Повседневность природы", "Широкие пастозные мазки" он подглядел у своих же коллег: у Коровина, Серова. А еще раньше - у Саврасова. Все эти атомы родились независимо от влияния Моне. И способствовал этому один замечательный художник. Александр Иванов. Именно у него когда-то впервые возникли предпосылки к появлению вот такой русской живописи. Без преувеличения без него не было бы ни Саврасова, ни Серова, ни Левитана. Однажды, еще в первой половине XIX века он направил ход истории русской живописи в другую сторону. |